«Новый Рим» на берегах Пропонтиды

Совершенно новая полоса в жизни Византия была подготовлена, как это часто бывает в истории, событиями, происходившими далеко от него и, казалось, не имевшими к нему никакого отношения. Пока Византии благополучно развивался и процветал как крупнейший торговый город Восточного Средиземноморья, западные районы Средиземного моря стали ареной ожесточенной борьбы между Карфагенской державой и Римом за господство в этом регионе. В кровопролитных сражениях во время Пунических войн (III—II вв. до н. э.) закладывались основы могущества Римской империи. Это не могло рано или поздно не коснуться города, стоявшего на перекрестке торговых и военных путей. После покорения Греции и Македонии, окончательного разгрома Карфагена и превращения государства Селевкидов в римскую провинцию Рим стал крупнейшей державой Средиземноморья и полным его властелином. Завоевания римлян во Фракии почти вплотную приблизили их владения к границам Византия. Однако жителям богатого торгового города долгое время удавалось оставаться в стороне от военных бурь, бушевавших на территории сопредельных стран. Отношения с Римом на первых порах складывались для Византия весьма благоприятно. Его независимость и статус свободного города-государства были признаны Римом. Римляне объявили его союзным городом, оказывали всяческое покровительство его жителям, способствовали развитию византийской торговли, даже возвратили Византию право взимать таможенную пошлину с судов, проходивших через Босфор. Однако, после того как власть Рима в Средиземноморье стала безраздельной, римляне лишили византийцев этого важнейшего источника доходов: право взимать пошлину они были вынуждены уступить Риму. Так было положено начало постепенному превращению вольного города в римское владение.

Власть Рима в Византии выражалась в назначении римского наместника, но в делах городского управления византийцы сохраняли автономию до конца II в. н. э. Лишь на некоторое время в годы правления императора Веспасиана (69—79) в руки наместника перешла вся власть в городе. Автономию византийцев во внутренних делах Рим вскоре восстановил, желая сохранить их покорность. Первые два столетия нашей эры Византии продолжал оставаться одним из самых богатых торговых городов Средиземноморья. В нем успешно развивались ремесла, а византийские корабли можно было видеть почти во всех портах региона. Как и прежде, строительное искусство византийцев славилось далеко за его пределами. Византийских мастеров охотно приглашали для строительства храмов и оборонительных сооружений во многие города Причерноморья. В Византии того времени жили многие замечательные ученые, в том числе выдающийся историк и географ Дионисий Византийский.

Историки не раз отмечали, что византийцам удавалось искусно лавировать в обстановке борьбы сильных и воинственных государств, сохраняя свою независимость. Некоторые хронисты даже упрекали византийцев за то, что они всегда ухитрялись вставать на сторону сильнейшего. Однако одной ошибки византийцы не избежали, и именно она оказалась для них роковой. В результате Византию было суждено пройти через тяжелейшие испытания.

Произошло это в конце II в., в тот период, когда в Римской империи в очередной раз разгорелась борьба за власть. После смерти императора Коммода (180— 192) различные легионы одновременно провозгласили императорами трех военачальников — легата Сирии Песцения Нигера, легата Британии Клавдия Альбина и легата Паннонии Септимия Севера. Последний обладал недюжинными способностями. Римский историк Геродиан говорил, что в этом человеке все «вызывало удивление, больше всего — присутствие ума, стойкость, твердая уверенность, смелость в дерзновениях». Он же считал Септимия Севера великим полководцем, умевшим делить со своими воинами все тяготы длительных походов и кровопролитных сражений. Септимий Север быстро занял Рим, заключил союз с Клавдием Альбином и двинулся в поход против Песцения Нигера, который к тому времени подчинил себе восточные районы империи. Византий признал власть Нигера и оказал ему помощь в борьбе с Севером. Однако Нигер потерпел поражение и погиб. Септимий Север решил примерно наказать всех, кто стал на сторону Нигера. На поддерживавшие Нигера города была наложена тяжелая контрибуция. Но особенно печальная участь постигла Византий.

В 196 г. войска Септимия Севера начали осаду Византия. Она продолжалась три года. Византийцы сражались поистине героически. В ряды защитников города встали женщины. Горожанки даже отрезали себе волосы, чтобы сплести из них тетивы для луков. Осажденные испытывали муки голода, питались мясом кошек и крыс, даже мясом умерших. В конце концов голод сломил сопротивление защитников Византия. Город сдался на милость победителя. Север жесточайшим образом расправился с побежденными. Он приказал казнить всех оставшихся в живых воинов, отнял у Византия автономию, подчинив его Перинфу; жители Византия были принуждены платить римскому императору огромную подать. Но и этого Северу показалось мало. Он повелел разрушить все сколько-нибудь значительные здания и срыть городские стены.

Историки повествуют о том, что впоследствии Север раскаивался в том, что подверг Византий такому разрушению. Ведь тем самым Север лишился прекрасно укрепленного города, расположенного в стратегически важном районе империи. Некоторое время спустя император начал восстанавливать уничтоженные по его же приказу дворцы и храмы, общественные здания. Главную заслугу в восстановлении Византия история приписывает сыну Септимия Севера — будущему императору Каракалле (211—217). Однако последствия трехлетней осады и жестокости победителя оказались столь велики, что город потерял былое величие. К тому же он постепенно утратил свою исключительную роль в транзитной торговле. Упадок города еще более усилился после того, как в период войн, которые вел один из так называемых солдатских императоров Рима, Галлиен (253—268), он еще раз подвергся опустошительному нашествию римских войск.

И все же через несколько десятилетий Византию было суждено не только вновь восстать из руин, но даже занять в империи место самого Рима. Этот неожиданный поворот в его истории связан с деятельностью римского императора Константина Великого (306— 337), который прославился признанием христианства, (ставшего при нем государственной религией. И все же имя Константина Великого вошло в историю более всего как имя создателя столицы Римской империи. Разные причины побудили Константина основать на месте древнего Византия новую столицу. Прежде всего императора беспокоили настроения римской знати, которая была недовольна утратой сенатом политической роли. Константин стремился создать новый центр империи, достаточно удаленный от Рима с его непрерывными усобицами в борьбе за императорский трон.

Сложилось множество легенд, повествующих об обстоятельствах, которые привели Константина к решению основать новую столицу своего государства. В одной из них рассказывается о том, как Константину, расположившемуся лагерем у Византия, где заперся его соперник, Лициний, в сновидении явилась знатная дама, которая вдруг преобразилась, превратившись в молодую девушку сказочной красоты; после этого Константин возложил на нее знаки царской власти. Сон поразил Константина, и он решил, что в образе женщины перед ним предстал только что увиденный город, которому он должен вернуть величие и богатство. Существует и рассказ о том, что в период борьбы за власть с Лицинием Константин осаждал Византий и пришел к выводу, что именно здесь должна быть создана новая столица. Во всяком случае, государственные способности императора проявились в том, что он оценил исключительные выгоды местоположения Византия, находившегося на стыке Европы и Азии и предоставлявшего тому, кто владеет этим городом, возможность осуществлять контроль над важнейшими торговыми путями.

Новый город был заложен в 324 г. Император сам решил обозначить границы его территории. Предание гласит, что Константин, взяв в руки копье, возглавил торжественную процессию, путь которой он повелел отмечать как границу города. Константин и его спутники совершили круговой маршрут, который замкнул в кольцо будущих городских стен значительную часть холмистой территории Босфорского мыса. Приближенные императора рискнули сказать ему, что город будет слишком велик. На это Константин ответил, что будет идти до тех пор «пока становится некто, идущий впереди…». Так он решил продемонстрировать своему окружению, что его действиями руководит высшая сила. Но если отвлечься от легендарных деталей, то очевидно, что Константин был прав, намечая подобные размеры города. Вероятно, император понимал, что необходим значительный простор для заселения новой столицы, которая имела все основания стать богатейшим торговым городом. Порт будущей столицы должен был быть также обширен, чтобы принимать сотни судов со всех концов света.

Очерченное Константином пространство было вначале обнесено земляным валом, а затем началось гигантское по тем временам строительство. Император приказал доставить в Византий известных архитекторов, строителей и скульпторов. Он даже повелел, чтобы зодчие, ваятели, живописцы, плотники и каменщики освобождались от всяких государственных повинностей. Желая ускорить строительство, Константин издал закон, который обязывал всех владельцев недвижимого имущества в городах империи на берегах Понта и в ее азиатских владениях иметь в новой столице хотя бы один дом. Только при выполнении этого условия они могли завещать свое имущество наследникам. Трудно определить насколько строго соблюдался этот закон, но ясно одно: Константин делал все возможное, чтобы город рос невиданными ранее темпами. Он поощрял переселение в новый город жителей из других городов и местностей своего государства.

Многих римских сановников, пребывание которых в новой столице государства Константин счел необходимым, он переводил сюда насильно. Не желавших переселяться вельмож Константин послал в поход против персов, отобрав у всех перстни с именными печатями. Затем к оставшимся в Риме семьям этих вельмож были отправленным запечатанные этими перстнями письма, содержавшие приказание переселиться в новую столицу. Пока семейства знатных римлян собирались в далекий путь, Константин повелел быстро построить для них дома, бывшие копиями их римских жилищ. Когда сановники и военачальники Константина возвратились из похода, они нашли свои семьи в новой столице, в домах, не отличавшихся от их римских особняков. Возможно, этот эпизод легендарен, зато достоверны сведения о том, что Константин установил правило, согласно которому лицам, обзаводившимся домом в новом городе, бесплатно выдавались хлеб, масло, вино и топливо. Эта так называемая продовольственная премия существовала около полувека. Она сыграла большую роль в привлечении в город тысяч новых жителей, в том числе ремесленников и торговцев, мореходов и рыбаков. Население росло очень быстро и к концу IV в. достигло 100 тыс.

Торжественная церемония провозглашения новой столицы римлян состоялась 11 мая 330 г. Церемония сопровождалась религиозными обрядами, как христианскими, так и языческими. Императору, основателю нового города, во время церемонии воздавались божеские почести, как Гелиосу — богу Солнца. Сам город был посвящен богине Тихе — благоприятной судьбе. В тот же день был издан императорский эдикт о наименовании города «Новым Римом». Текст эдикта был высечен на мраморной колонне. Однако это наименование не прижилось. Вскоре город стада называть Константинополем - городом Константина. Под таким названием он и вошел в историю. В память основания города Константин велел отчеканить монету. На одной из ее сторон был изображен сам император в шлеме и с копьем и руке. Здесь же была надпись—«Константинополь». На другой стороне была изображена женщина с колосьями в правой руке и рогом изобилия в левой. Новый город Константин посвятил деве Марии. Он повелел воздвигнуть в ее честь стелу из красного порфира на беломраморном пьедестале. Памятник этот Константин чтил особо. Проезжая мимо него, он всегда сходил с коня и то же самое приказывал делать свите.

Император, давший новую жизнь древнему городу, был невероятно властолюбив, умен и осторожен. В интересах укрепления института императорской власти он шел на ломку сложившихся взглядов и традиций, хотя его и отличало глубокое уважение к прошлому Рима и его традициям. Константин обладал способностью приобретать сторонников, не стесняясь использовать при этом лицемерие, хитрость или демагогию. В то же время он мог прийти в бешенство, натолкнувшись на труднопреодолимую преграду или оказавшись в плену подозрений; в таких случаях он не щадил ни друзей, ни близких. Заподозрив своего сына Крипта в связи со своей юной женой он приказал казнить обоих. Константин питал, пристрастие к восточной роскоши, любил носить шелковые, расшитые золотом одежды, украшал себя бесчисленными драгоценностями. Баснословные суммы император тратил на свою резиденцию, стремясь придать ей максимальную пышность и блеск.

Новую столицу Константин хотел видеть столицей мира. Он даровал Константинополю муниципальное устройство Рима. Здесь был учрежден сенат. Египетский хлеб, которым ранее снабжался Рим, стал направляться на нужды населения Константинополя. Город создавался на рубеже двух исторических эпох — античности и средневековья. Новый город стал символом новой державы, рождение которой было уже близко и которой суждено было стать одной из великих империй средневековья.

Константин стремился, чтобы новая столица превзошла Рим великолепием храмов и дворцов, и не жалел для этого средств. Он распорядился, чтобы в Константинополь были свезены самые замечательные произведения искусства. Продолжали украшать город и его преемники. Сокровища искусства стекались сюда со всех концов огромного государства. Афины и Рим, Коринф и Дельфы, Эфес и Антиохия вынуждены были расстаться со многими выдающимися произведениями своих зодчих, ваятелей и художников. Из Дельф была доставлена восьмиметровая бронзовая колонна, служившая подножием золотого треножника в храме Аполлона и изображавшая трех змей, обвившихся вокруг друг друга. Установленная на каменном пьедестале, она украсила площадь ипподрома новой столицы. Из римского храма Аполлона была привезена великолепная колонна. После того как ее установили в Константинополе, она была увенчана бронзовой статуей, изображавшей самого Константина в виде Аполлона, приветствующего восходящее солнце. Из Рима привезли и монумент в честь Афины Паллады, доставленный в свое время туда из Афин. Он имел высоту более 50 м и был увенчан статуями Константина Великого, и его преемников. Многие произведения искусства были доставлены из Египта. Среди них находился тридцатиметровый гранитный обелиск из древнего Гелиополиса, воздвигнутый еще во времена фараона Тутмоса III. Этот обелиск, покрытый иероглифическими надписями, весил около 6 т. Он был привезен в Константинополь по приказу императора Феодосия I, пожелавшего таким образом увековечить победу, одержанную им над готами и скифами в 388 г. К концу IV в. Константинополь превратился в подлинное средоточие шедевров, принадлежащих мастерам многих стран и эпох.

В царствование Константина здесь началось строительство первых христианских церквей. Многие языческие храмы были превращены либо в церкви, либо в общественные здания. Правда, Константин не препятствовал деятельности жрецов, и в тот период в Константинополе еще сохранялось немало языческих храмов, среди которых выделялся внушительный храм Фортуны. В закладке города и в церемонии его освящения участвовали представители греческих языческих коллегий.

Подобно Риму, построенному на семи холмах, Константинополь раскинулся на обширной территории семи холмов Босфорского мыса. В годы царствования Константина здесь было сооружено около 30 великолепных дворцов и храмов, более 4 тыс. крупных зданий, в которых жила знать, цирк, 2 театра и ипподром, более 150 бань, примерно такое же количество хлебопекарен, а также 8 водопроводов. Число домов простолюдинов неизвестно, но нетрудно себе представить, что оно было весьма значительным. По мере роста населения города его территория увеличивалась. В конце IV в. для новых поселенцев уже не находилось места внутри городской черты и дома начали строить за пределами стен, сооруженных Константином. В V в. число жителей Константинополя колебалось в пределах от 100 тыс. до 700 тыс. По словам византийского историка Зосимы, в Константинополе в тот период царили «многолюдство и теснота». В прибрежной части города дома строили на сваях.

Быстрый рост города привел к необходимости обнести мощными стенами всю его расширившуюся территорию. К тому же Константиновы стены в 412 г. серьезно пострадали во время землетрясения. Новые, так называемые Феодосиевы стены были построены в правление императора Феодосия II (408—450). Они определили те границы, в которых Константинополь существовал в течение многих веков. Дальнейший рост города шел уже за счет создания многочисленных предместий, лежавших на северном берегу Золотого Рога и на азиатском берегу Босфора, напротив Босфорского мыса.

Добиваясь превращения новой столицы в крупнейший торговый порт, Константин и его ближайшие преемники немалое внимание уделяли строительству причалов и торговых складов. Император покровительствовал мореходам, заботился об увеличении военного и торгового флота. Константин явно стремился превзойти торговую славу древнего Византия.

Новая столица Римской империи поражала красотой и величием. Широкие центральные улицы, большие площади, украшенные великолепными колоннами и статуями, величественный дворец императора и роскошные дома вельмож, триумфальные арки, ипподром — все вызывало восхищение чужеземцев, которым довелось впервые увидеть «Новый Рим».

Главная улица Константинополя называлась Меса (Средняя). Эта вымощенная каменными плитами широкая магистраль пересекала почти весь город с запада на восток. Начиналась она около Золотых ворот, находившихся в той части стены, которая защищала город со стороны суши, и доходила до одной из самых больших площадей — Августеон. В центре площади возвышалась статуя св. Елены, или Августы. На Месе и на прилегавших к ней улицах и площадях располагались наиболее важные церкви и общественные здания, дома знати с портиками и колоннадами. По ней обычно торжественно следовал императорский кортеж и проходили церковные процессии.

Центральные, улицы Константинополя, как правило, имели в ширину не более 5 м и были застроены зданиями в один-три этажа. Дома знати и купечества часто украшались одноэтажными портиками. Чем дальше от центра города, тем уже и грязнее делались улицы. Здесь не было красивых, нарядных зданий. В комнатах-клетушках доходных домов, построенных но образцу римских инсул, ютились ремесленники, торговцы, рыбаки, моряки и прочий бедный городской люд.

Одной из достопримечательностей, новой столицы римлян стал Форум Константина. Площадь была вымощена мраморными плитами, украшена колоннами, портиками, триумфальными арками. В центре ее возвы-шалась колонна Константина Великого. Рядом с площадью находился большой рынок булочников. II примыкавшем к площади переулке, носившем символическое название Долины слез, обычно происходила продажа невольников.

Площадь Августеон была украшена великолепными творениями константинопольских скульпторов. Здесь были расположены здания сената и городской библиотеки, дворцы вельмож, резиденция патриарха. У самой площади находился Милий — купольное здание, богато украшенное скульптурами. От него велся отсчет расстояний до идущим от Константинополя дорогам. К площади Августеон примыкали императорский дворец, храм св. Софии и ипподром. Эта часть города представляла собой, таким образом, центр политической жизни столицы.

В центральной части города находилась и площадь Феодосия, где возвышался упомянутый выше египет-ский обелиск, установленный Феодосием I. На площади Быка, которую пересекала улица Меса, стояла громадная бронзовая фигура быка; его чрево служило печью, в которой сжигали осужденных на смерть преступников. Недалеко от Константиновых стен, в западной части города, находилась площадь Аркадия. В ее центре по распоряжению Феодосия II в 421 г. была воздвигнута колонна, увенчанная статуей его предшественника — императора Аркадия.

Огромное пространство в юго-восточной части города занимал Большой императорский дворец. Сооружение дворца началось в годы правления Константина Великого. Преемники Константина расширяли и перестраивали его. Постепенно сложился огромный комплекс дворцовых зданий. Размеры территории, на которой располагались Большой императорский, дворец и примыкавшие к нему дворец Магнавра и приморский дворец Вуколеон, составляли около 40 гектаров. В состав Большого дворца входили резиденция императора и помещения, где жили члены императорской семьи. В многочисленных служебных зданиях размещались гарнизон дворца и императорская гвардия, а также дворцовая челядь. Огромные залы предназначались для торжественных приемов. Обширные сады и парки украшали территорию Большого дворца. Он оставался несколько веков местом пребывания императоров, и только императоры из династии Комнинов (1081 — 1185) перенесли резиденцию в новый дворец - Влахерн.

В середине IX в. Большой дворец включал несколько сооружений. Самым старым среди них был дворец Дафны, построенный еще в IV в. в районе ипподрома и площади Августеон. Ряд зданий комплекса был сооружен в годы правления Юстиниана II (685—695, 705—711), несколько дворцовых зданий было построено при императоре Феофиле (829—842). Таким образом, весь гигантский комплекс Большого дворца создавался на протяжении почти пяти веков. Войны и пожары уничтожили с течением времени все эти памятники архитектуры. Лишь средневековые хроники донесли до нас представление об облике выдающихся творений зодчих, скульпторов, художников и ремесленников Константинополя.

В комплексе Большого дворца выделялся Триконх, служивший тронным залом. Он имел два этажа; вокруг всего нижнего этажа шла галерея. Здание было богато украшено разноцветным мрамором, а крыша сверкала позолотой. Дорогими сортами мрамора, мозаикой и позолотой были отделаны и другие дворцовые здания — Сигма и Триклиний, Эрос и Мистерион, Камилас и Му-сикос. В их архитектуре широко использовались арки, своды и колонны. Многие здания имели поразительную акустику. Удивительная слышимость в разных концах зала в Мистерионе приводила, по свидетельству историков, в изумление всех, кто бывал в нем. Эрос использовался как зал оружия; стены здесь также были украшены изображениями оружия. Стены зала Жемчуга, построенного, как и Триконх, Сигма, Камилас, Мистерион и Эрос, при императоре Феофиле, были украшены пестрыми мозаичными изображениями животных. Крыша этого зала покоилась на восьми колоннах, а пол был выложен дорогим пелопоннесским мрамором и покрыт инкрустацией. Золоченая крыша здания Камиласа опиралась на шесть колонн из зеленого фессалийского мрамора. Стены зала украшали мозаичные фигуры людей, собирающих плоды, а пол искусные строители выложили великолепным мрамором. Во дворе между зданиями Триконха и Сигмы были сооружены трибуны из белого мрамора. Здесь ежедневно проходили приемы, нередко с танцами и театральными представлениями. Роскошь личной императорской резиденции производила ошеломляющее впечатление. Анфилада залов пилила собой настоящую сокровищницу, в которой было собрано множество произведений искусства из мрамора и драгоценных камней, золота и серебра. В главном зале дворца Магнавра, где устраивались приемы иностранных гостей и послов, находился золотой трон, перед которым лежали два льва из золота. За троном высилось искусно сделанное из золота дерево, на ветках которого сидели золотые птицы. Император входил под звуки музыки. Его одежды были усыпаны драгоценностями. Когда гости императора входили в тронный зал, львы поднимались и начинали рычать, а птицы взмахивали крыльями. Пока гости или послы лежали распростершись ниц, император вместе с троном неожиданно возносился вверх и вскоре вновь появлялся перед изумленными иноземцами, облаченный в новые роскошные одежды. Все эти чудеса были делом рук искусных мастеров, которые сохранили античный секрет автоматов, приводившихся в движение с помощью воды.<>

В северо-западной части столицы, недалеко от городских стен, находилась другая императорская резиденция — дворец Евдом. К нему примыкало обширное ноле, предназначенное для военных смотров.

Большой дворец был соединен внутренними ходами и крытыми галереями с ипподромом, который был не только любимым местом развлечений жителей Константинополя, но и форумом, где часто решались важнейшие государственные дела. Сооружение ипподрома началось еще в годы правления Септимия Севера. Закончено строительство было уже при Константине Великом. Ипподром был построен по образцу большого римского цирка. Первые представления и спортивные состязания состоялись на ипподроме в день торжественного освящения новой столицы Римской империи. Ипподром имел 370 м в длину и 180 м в ширину. Его трибуны, имевшие 40 рядов, вмещали более 40 тыс. зрителей. На самом верху этого амфитеатра находилась галерея, украшенная множеством произведений искусства. Отсюда открывалась панорама Константинополя.

Арена была отделена от зрителей рвом. В центре арены располагалась узкая терраса, украшенная колоннами и статуями. Здесь находилась, в частности, статуя Геракла работы Лисиппа, прославленного греческого скульптора IV в. до н. э. Со временем на террасе стали устанавливать статуи императоров. Для императора и его свиты была построена трибуна, опорами которой служили 24 мраморные колонны. Над императорской ложей возвышалась башня, увенчанная четырьмя бронзовыми конями работы Лисиппа. Когда-то Коринф был принужден уступить эту скульптуру Риму, оттуда она попала в Константинополь. Императорская трибуна сообщалась с резиденцией императора в Большом дворце.

Город был основательно защищен от нападения с суши и с моря. После сооружения стен Феодосия, укрепления стен Константина и строительства стен, защищавших город со стороны моря, вокруг Константинополя возник мощный оборонительный пояс, вернувший городу на Босфоре ту славу неприступности, которой некогда по праву гордился Византий. Во всяком случае, любой полководец, который вознамерился бы штурмовать Константинополь, должен был понимать, что преодоление оборонительных рубежей города будет делом необычайно трудным даже в случае применения самой мощной осадной техники.

Общая протяженность стен составляла 16 км. По всему их периметру насчитывалось 400 мощных башен. Со стороны суши город защищали стены Феодосия, пересекавшие весь Босфорский мыс; их длина достигала 5,5 км. Они были построены в три ряда. Первый ряд, высотой 5 м, был защищен глубоким рвом. Затем шел второй ряд стен, имевших 2—3 м в ширину и 10 м в высоту; они были укреплены пятнадцатиметровыми башнями. Наконец, в 25—30 м от второго ряда возвышались наиболее мощные стены — толщиной 6—7 м, защищенные башнями высотой от 20 до 40 м. Основания оборонительных сооружений находились на 10— 12 м ниже уровня земли, а потому попытка прорыть подкоп была делом практически безнадежным. Воздвигнутые через четверть века после постройки стен Феодосия морские стены города были сооружены в один ряд и также имели башни.

Особенно надежно были укреплены сухопутные стены. Наполненный водой ров Феодосиевых стен имел в ширину 20 м, глубина его метами доходила до 10 м. Через ров были переброшены деревянные мосты, которые в случае осады уничтожались защитниками. В стенах было устроено несколько ворот, которые делились на военные и гражданские. К последним и вели мосты через ров. Во время войн гражданские ворота замуровывались. Военные ворота находились под защитой наиболее высоких и мощных башен; их двойные железные створы были всегда заперты; открывались они только для вылазок против неприятеля, осаждавшего город. В стенах Феодосия находились Золотые ворота, сделанные в виде триумфальной арки с тремя пролетами. Центральный пролет был предназначен для прохода императорского кортежа. Ворота были украшены статуями, в том числе скульптурными изображениями Геракла и Прометея.

Территория Константинополя была разделена, подобно Риму, на 14 кварталов – регионов. Каждый регион управлялся куратором, или регионархом, в распоряжении которого находились блюстители порядка и важная по тем временам ночная сторожевая служба. Важнейшим учреждением столицы было ведомство эпарха Константинополя. Эпарх ведал всеми делами города – благоустройством, поддержанием внутреннего порядка, регламентацией социальной и политической жизни. По своим функциям и правам он почти не отличался от префекта Рима. Власть, которой он обладал, делала его первой особой в государстве после императора. Эпарх имел право арестовывать граждан, подвергать тюремному заключению или высылке любое лицо, представляющее, с его точки зрения, опасность для благополучия города. Ему были подчинены полиция и тюрьмы. Кроме того, он расследовал все уголовные дела и фактически являлся высшей судебной инстанцией. Каждый из регионов города имел свое судебной учреждение, и все они были подчинены эпарху. Он мог лишать горожан права жительства в столице. Эпарх был главным лицом при расследовании заговоров, ставивших целью убийство или низложение императора. Он чинил суд и расправу, когда в городе вспыхивали бунты против властей. От воли эпарха практически зависели жизнь и судьба любого горожанина. Ведомство эпарха постоянно осаждалось просителями. Среди них были не только те, кто молил эпарха о помиловании близких. Сюда стекался рабочий люд — ремесленники и торговцы, рыбаки и мореходы. Ведь в компетенцию эиарха входили дела, относящиеся к строительству, торговле, деятельности ремесленных корпораций.

Эпарх Константинополя был непременным участником торжеств и церемоний при императорском дворе, причем играл в них обычно главенствующую роль. Императоры тщательно выбирали кандидата на этот пост. Обряд назначения нового эпарха происходил в императорском дворце. Все придворные и городская знать присутствовали на этой торжественной церемонии. После ее завершения эпарх по традиции направлялся из дворца вместе со свитой в храм св. Софии, а оттуда, сопровождаемый тысячами горожан,— в свое ведомство. Горожане далеко не безразлично относились к назначению эпарха. Если выбор императора падал на человека непопулярного, то церемония могла сопровождаться беспорядками. Самым популярным эпархом эпохи становления Константинополя был Кир, человек исключительного ума и образованности, много сделавший для развития и благоустройства города. Популярность эпарха показалась опасной императору Феодосию Великому. Кир был смещен со своего поста и пострижен в монахи. Как мы уже говорили, одной из обязанностей эпарха была забота о благоустройстве города. Он не только должен был поощрять и направлять новое строительство, но и организовывать театральные представления, готовить столицу к празднествам, шествиям императорских процессий и торжественным встречам знатных гостей. В такие дни улицы чистились и декорировались зеленью и цветами, парадные залы императорского дворца украшались ценными тканями, изделиями из золота и серебра. Путь, по которому следовали кортежи императора или послов от государей других стран, был обычно усыпан цветами. Со вторым рождением древнего города начался и новый расцвет торговли. Средоточием торговой жизни стали улица Меса и пересекаемые ею площади. От площади Августеон до Форума Константина тянулись лавки богатых купцов. Здесь продавались дорогие ткани и одежды, благовония и драгоценности, оружие и свечи, изделия гончаров и лакомства. На площадях шла торговля скотом и рыбой, хлебом и вином, шелком-сырцом, маслом и воском.

Бурно развивалось торговое мореплавание. Константинополь начал вновь превращаться в крупный центр транзитной торговли. К началу VI в. путь через проливы вновь стал одним из источников благосостояния города, а таможенные пошлины — важным источником доходов.

Город приобрел постепенно и славу центра ремесел. В столице были расположены императорские и государственные мастерские, которые работали не на рынок, а выполняли заказы двора, армии и правительственных учреждений. Ремесленники, трудившиеся в таких мастерских, были прикреплены к ним пожизненно, причем прикрепление носило наследственный характер. Значительная часть их были рабами. В столице было и множество мастерских, где трудились свободные ремесленники. Широко были известны изготовлявшиеся в Константинополе шелковые ткани, одежда, кожевенные, керамические и стеклянные изделия, строительные материалы, но больше всего славились производившиеся здесь предметы роскоши. На многие века Константинополь стал своеобразной «мастерской великолепия» для стран Европы и Востока.

Сотовый и сплошной поликарбонат: монтаж поликарбоната. Поликарбонат, Теплицы.